?

Log in

No account? Create an account

Previous Entry | Next Entry

Опубликовано на СЛОНе

Виталий Портников
Украинский публицист

Действительно ли Россия готова к замораживанию конфликта на территории Донбасса? Казалось бы, внешних признаков такой подготовки сколько угодно. Это и затишье на фронте, это и слова руководителей России о том, что стоило бы продлить сроки исполнения Минских соглашений – вероятно, именно этого и будет добиваться Владимир Путин на предстоящем саммите «нормандской четверки». Это, в конце концов, и окончательное решение о проведении местных выборов без учета украинского законодательства и присутствия наблюдателей ОБСЕ – ведь таким образом институты управления на территориях самопровозглашенных республик приобретают вид завершенной вертикали.

Однако для того, чтобы понять, готов ли Кремль к такому замораживанию, необходимо прежде всего ответить себе на вопрос «зачем?» и чего Россия таким замораживанием добьется.

Да, конечно, причин, непосредственно не связанных с украинским конфликтом можно найти великое множество. Это и решение Владимира Путина активизировать российское участие в войне на Ближнем Востоке – в такой ситуации вести борьбу на два фронта, как минимум, нецелесообразно и дорого. Это и непростая экономическая ситуация в России, которая не позволяет больше воспринимать возможное усиление западных санкций с насмешкой – таким образом, этого усиления необходимо избежать, а лучше всего добиться хотя бы частичной отмены существующих санкций. Это и перенос акцента борьбы с украинской властью с военной конфронтации на внутреннюю дестабилизацию – признаков такого переноса также можно найти предостаточно, в особенности в последние недели.


И, тем не менее, что замораживание будет означать для самого Донбасса? И можно ли считать фактическое отделение части Донбасса успехом российского руководства?

Только в том случае, если мы согласимся с тем, что это отделение – то есть защита территории, якобы тяготевшей к «русскому миру» и «восставшей» после бегства из Киева Виктора Януковича и формирования новой власти в украинской столице – и была главной целью российской политики в регионе. И, поскольку не получается защитить права жителей Донбасса путем создания для них особого режима управления в составе Украины или еще лучше федерализации соседней страны, то приходится согласиться с их существованием в качестве де-факто независимого государства. По крайней мере, пока Украина «не одумается».

Но мы-то прекрасно помним, что главной целью российской политики в регионе было вовсе не это. А было давление на Киев с целью продемонстрировать: самостоятельная внешняя и внутренняя политика без учета мнения Москвы может привести к расколу страны и потери части территорий. И единственный шанс добиться восстановления территориальной целостности – найти компромисс с недовольными, проще говоря – учесть это самое российское мнение раз и навсегда. Вот, собственно, о чем говорили Владимир Путин, Сергей Лавров и другие российские руководители, когда вели речь о федерализации Украины.

Но в Кремле не учли фундаментального различия в психологии российского и украинского обществ. Это для россиян территориальная целостность является своеобразным фетишем, ради которого можно пожертвовать даже комфортом в собственном доме и будущим этого дома. Наглядный пример такой фетишизации – реинтеграция Чечни, которая привела к тому, что правила жизни в самопровозглашенной республике, не сильно изменившиеся после восстановления там контроля федерального центра, понемногу стали общероссийскими правилами. При этом существует достаточно сильное недовольство общества из-за изменившихся правил – но нет никаких сомнений относительно того, нужна ли была такая реинтеграция.

Украинцам же комфортное государство важнее, чем целостность страны. Именно поэтому они готовы к возобновлению общей жизни с жителями самопровозглашенных республик только в случае, если на Донбассе захотят совместно – а не на особых условиях – строить это комфортное государство. Именно поэтому статьи об особом порядке управления в отдельных районах Донбасса вызывают такое явное неприятие – не потому, что украинцы не хотят компромисса, а потому, что они не видят в нем никакого смысла и считают, что жители «отдельных районов» могут находиться за линией разграничения если не хотят уважать общие правила и своих сограждан. Украина прекрасно проживет и без Донбасса – более того, у ее руководства появится куда больше поводов рассчитывать на новые кредиты из-за утраты части территории и фактической неспособности Запада повлиять на возвращение отторгнутого промышленного региона.

Итак, предположим, что заморозка произошла. «Народные республики» остались по ту сторону, Украина – по эту. При этом для самой Украины не меняется ровным счетом ничего. Просто государственная граница страны фактически переносится на сегодняшнюю линию соприкосновения. За несколько месяцев становится ясно, что никакой новой войны не будет и страна начинает жить совершенно другими проблемами: экономические реформы, политическая борьба, европейская интеграция, коррупция… Да мало ли у Украины проблем без Донбасса и Крыма? Эти регионы становятся исключительно местом борьбы с контрабандой, более или менее успешной. При этом экономические связи с обеими регионами понемногу продолжают слабеть – как и экономические связи с Россией. Ведь фокус в том, что в политическом и общественном сознании Россия, которая не допустила регинтеграции украинской территории и не собирается возвращать Донбасс и Крым, остается государством-агрессором, с которым лучше не иметь дело.

Сама Россия в это же время оказывается в ложной ситуации. Она не может добиться отмены санкций – потому что не содействует выполнению Минских соглашений и реинтеграции Украины. Она сохраняет контроль над территориями, которые ей сами по себе совершенно не нужны. Более того, теперь, когда становится очевидной невыполнимость Минских соглашений, Россия вместе с этим контролем получает еще и ответственность – уже не за «ополченцев», которые оказываются для нее в новой ситуации не только не нужны, но даже опасны, а за оставшееся в регионе население. При этом – как это и было в ситуации с Приднестровьем – это самое оставшееся население продолжает разъезжаться во все стороны, так как становится ясно, что никакой отчетливой экономической перспективы в регионе больше нет, а выживать нужно. И за несколько ближайших лет индустриальный бассейн Донбасса просто перестает существовать – вместе со своим населением, формально ориентированным на Россию. Есть ли в этом смысл?


Нет, смысла нет. Но и отдавать мятежный регион Украине тоже никакого смысла нет. В Кремле прекрасно понимают, что как только самопровозглашенные республики станут «отдельными районами», вопрос российского влияния на них будет решен сам собой буквально за несколько недель. Сегодня это влияние во многом обеспечивается засчет военного присутствия и ожиданий – да, ожиданий части населения, что рано или поздно все решится и регион станет частью России (Приднестровье, между прочим, ждет этого уже 25 лет и ничего). Но как только военное присутствие будет минимизировано и станет ясно, что выживание региона зависит не от России, а от Украины, элита самопровозглашенных республик станет проукраинской за 24 часа. Как, впрочем, и элита Крыма.

Никакого чуда здесь нет. Украинские перемены еще не привели – и не очень скоро приведут – к победе над олигархией и коррупцией. А это значит, что местные руководители Донбасса будут коррумпированы так быстро, как они этого пожелают – а они пожелают. Да и без коррупции необходимо будет решать тысячи социальных проблем, которые на Донбассе могут оказаться куда более значимыми, чем в других регионах, потому что Донбасс придется восстанавливать и реабилитировать после войны. А для этого нужны деньги. А деньги западные фонды будут давать Киеву. Словом, деваться будет некуда – если только в России не решат восстанавливать украинский Донбасс за российский счет. Возникает, однако, вопрос – а зачем?

Таким образом, конфликт нельзя заморозить. И его нельзя продолжать. России одинаково невыгодны и война, и мир. Россия не может позволить Минским соглашениям состояться – но не может и позволить им сорваться. Это и есть самый настоящий классический тупик, причем тупик отнюдь не случайный. Этот тупик был сконструирован западными переговорщиками в Минске, сконструирован мастерски – и теперь Ангела Меркель, Франсуа Олланд и другие руководители западных стран не без интереса наблюдают за тем, как их российский коллега ищет выход из этого бесконечного лабиринта.

Profile

sdiki
Сергей Дикий

Latest Month

July 2019
S M T W T F S
 123456
78910111213
14151617181920
21222324252627
28293031   

Tags

Powered by LiveJournal.com
Designed by Lilia Ahner